background
logotype

Гэтсби из черты оседлости

Когда кто-то из членов семьи Лорен неожиданно сходит с ума и покупает какой-нибудь предмет одежды из коллекции другого дизайнера, отец семейства сдвигает брови и мрачно интересуется: «Зачем ты это купил?» И это не ревность большого кутюрье. Просто всё, что он делает в профес­сии, он делает исключитель­но для себя и своих домочад­цев.

Мама знаменитости, Фрида Котляр из Гродно, была бы довольна - мальчик сумел обустроить свой быт и выгод­но продать излишки. А успеш­ность бизнеса слепит глаза: Ральф Лорен - владелец само­го дорогого автомобиля в мире, Bugatti 57SCAtlantic, да и много чего ещё. В вопросах приобретения он не ориги­нал - интересуется лишь тем, что станет стопроцентным вложением средств и под­твердит социальный статус.

Он коллекцио­нирует старинные автомобили и доро­гие часы, владеет квартирой на Пятой авеню Манхэттена, колорад­ским ранчо в 17 тысяч акров, поместьем в Бедфорде, домом на Ямайке и недвижимостью, от перечня которой с непривычки рябит в глазах. Плюс недешёвые имиджевые увлечения вроде защиты животных, столь популярной у голливудских звёзд. От обра­за Ральфа Лорена, каким он себя презенту­ет публике, отчётливо попахивает Голливу­дом. И возникает вопрос: Ральф Лорен - это подлинник или тщатель­но выполненная подделка? А если подделка, то под что? Парень всю жизнь как по рельсам едет: ни влево, ни вправо - только впе­рёд. Кого же видит перед собой Ральф Лорен?

Рецепт изготовления selfmademan

«- Кто он вообще такой? - спросил я. - Вы знаете?
- Некто по фамилии Гэтсби, вот и всё.
- Но откуда он родом? Чем занимается?»

(Фрэнсис Скотт Фицджеральд «Великий Гэтсби»)

Биографы Лорена тянут его исто­рию из Бронкса. В 1939-м, когда Ральф появился на свет, Бронкс представлял собой веселящий коктейль из ирландцев, итальян­цев, поляков и евреев. Дети эми­грации превратили улицы района в центр бутлегерства, гангстерскую Марьину Рощу, рассадник speakeasies - подпольных баров.

Семья Лившиц - а именно эту фамилию носил моде­льер в детстве - пустила здесь корни в 1920-м, когда дедушка перевёз в Америку часть своего многочис­ленного семейства - сына Фрэнка и дочь Мэри.

С самого начала евреи-эмигранты в Америке давали уклончивые, понятные лишь своим ответы на вопрос whereareyoufrom - из России, Польши, Минска- Пинска. Последнее означало два города, разделённых 123 милями, поэтично названных «чертой оседлости». Корни Ральфа Лорена - оттуда. Его отец, Фрэнк, в Рос­сии учился на художника. В стране равных возможно­стей он стал маляром. В 16 лет он женится на любви всей своей жизни - Фриде Котляр, и жена принялась исправно рожать сыновей. Ральф стал четвёртым и самым младшим, а младшим, как известно, достают­ся обноски. И ещё его угнетал шкаф, один на четве­рых, в котором никогда не удавалось отыскать соб­ственные вещи.

Однажды он увидел у приятеля его персональный шкаф, и это произвело эффект с далеко идущими последствиями: «Боже, у него даже для рожка для обуви было место!» Так и зарождаются мечты всей жизни.

Лорен в своём флагманском магазине на Мэдисон-авеню

В очередной раз, получив в пода­рок поношенные штаны, Ральф завопил: «Мне нужна собственная одежда!» Так и заработай, если нужна. Для начала он таскал отцовское снаряжение и помогал малярить. Скопить на хороший костюм-тройку ему удалось к двенадцати, а в шестнадцать он меняет фамилию Лившиц на Лорен.

Ухо среднего американца в фамилии Лив-шитц улавливало в основном вторую часть, то есть «shit», «задницу». А быть в заднице никак не входило в планы Ральфа. Как раз в это время его кузены, жившие в Калифорнии, стали распрекрас­ными Лоуренсами. А Ральф преобразился в Лорена.

Заметим, романный образец Лорена поступил точно так же. «Вероятно, - рассказывает о Гэтсби Фицдже­ральд, - это имя не вдруг пришло ему в голову, а было придумано задолго до того. Его родители были про­стые фермеры, которых вечно преследовала неудача, - в мечтах он никогда не признавал их своими родите­лями. В сущности, Джей Гэтсон из Уэст-Эгга, Лонг- Айленд, вырос из его раннего идеального представления о себе.

Он был сыном Божьим - если эти слова вообще что-нибудь означают, то они озна­чают именно это - и должен был исполнить предна­чертания Отца своего, служа вездесущей, вуль­гарной и мишурной кра­соте. Вот он и выдумал себе Джей Гэтсби в пол­ном соответствии со вкусами и понятиями семнадцатилетнего мальчишки и остался верен этой выдумке до самого конца».

В это время Ральф, конечно, не думал служить «вез­десущей, вульгарной и мишурной красоте» и даже не собирался учиться чему-то подобному. Но вот быть верным идее до конца - это именно про нашего героя. Когда ты ходишь в обносках, а вкусы, запросы и амби­ции у тебя выше среднего, сделай мечту «толчковой ногой». Пусть ею будет даже хорошая одежда.

С её помощью ты расстанешься с Бронксом и перейдёшь в высшую лигу. Она зарифмуется с образами Кэри Гранта или Фреда Астера, их выстроенными в шкафу туфлями и ботинками класса «люкс». Или со стилем Лиги плюща - IvyLeague- объединения дорогих част­ных колледжей: харрис-твид, клетка, сшитые на заказ костюмы, button-down-рубашки, брюки-чиносы, вер­ховая езда, гольф, сквош, поло. Или с BrooksBrothers- одной из старшейших марок мужской одежды в Аме­рике, классической и консервативной донельзя.

BrooksBrothersв течение четырёх десятилетий, с 20-х по 60-е годы, были олицетворением американского мужского костюма, серо-чёрного костюма с большой буквы, в котором приняты только обязательные эле­менты, а все модные штучки вроде защипок на брюках сурово отвергались - для серьёзных людей, в общем, марка. Да и что говорить: полтора десятка президен­тов США одевались, одеваются и, скорее всего, будут одеваться в BrooksBrothers.

Лорен поступает туда на службу, когда ему исполня­ется 24. Служба не очень почётная, поскольку образо­вания у юноши как не было, так и нет. Были попытки выучиться на экономиста, но как-то не сложилось. Основное достижение Лорена студенческих лет не имеет отношения к учебникам - он счастливо и на всю жизнь женится, как когда-то его отец. Рабочее место он подбирает поближе к одежде, которая продолжает его волновать и интересовать со страшной силой.

Респектабельность образца 2012 года

В разга­ре 50-е, вокруг все носят до ужаса обыденные узкие галстуки и рубашки на пуговицах, в BrooksBrothersскука беспросветная - кажется, что сам воздух стоит и не движется. И вот в таком состоянии почти зевоты выходит Ральф со службы, а ему навстречу - Дуглас Фэрбенкс-младший, актёр и джентльмен собственной персоной. Волшебное видение! Сопоставимо с потря­сением от большого искусства. Кинозвезде на тот момент уже хорошо за пятьдесят, и одет он в соответ­ствии с представлениями о респектабельном стиле собственной бель-эпок, то есть в двубортный костюм и рубашку с отложным воротником. Ральф так и застывает с разинутым ртом.

Именно в приталенном костюме с отложным воротником и галстуком он видел себя в мечтах. С этого момента упорный меха­низм по имени Ральф Лорен запущен. Поскольку подобной красоты вокруг не водилось, Лорен примет­ся воссоздавать её сам. Для себя. Чтобы быть, как Дуглас, Кэри или Фред, - симпатягой-парнем с воле­вым подбородком. Как это осуществить? Последова­тельно. Stepbystep. Можно начать с детали.

Основной продукт BrooksBrothers- тусклые и узкие галстучки выдохшегося вида с чахлым узлом. Этому ли нас учили товарищи Кэри Грант и Дуглас-свет- Фэрбенкс? И Лорен идёт к начальству, чтобы показать ему свой собственный, куда более сочный продукт: «Может, сделаем сотню-другую таких моделей?». На что коллега, давясь смешком, отвечает, что, мол, изви­ни, друг, но мир ещё не готов к Ральфу Лорену. Тогда Ральф увольняется, рачительно прихватив мешок с обрезками. Кроит галстуки, внедряет их в универма­ги Нью-Йорка, и покупатели потихоньку выстраива­ются в очередь. А когда на Ральфа выходит человек аж из Далласа, из универмага NeimanMarcus, и приносит в клювике заказ на 100 галстуков, Лорен чувствует себя просто акулой бизнеса.

Настолько, что является в крупнейший универмаг Нью-Йорка Bloomingdale'sпоказать галстуки. Ушлые ребята из отдела продаж на предложение ответили змеиной хитростью: «Берём, но чтобы на четверть дюйма поуже и под лейблом SuttonEast». Хотя деньги едва прикрывают дно кубышки, Лорен предложение отвергает. Деньги - ерунда по сравнению со страхом стать позором семьи. Кошмар наступит, когда придёт­ся позвонить отцу и сказать: «Папа, я потерял всё». Но страхи не сбылись - галстуки продали в других уни­вермагах, змеи из Блумингдэйлс через полгода опом­нились и предложили целую витрину. Их звонка Лорен мог и не дождаться. Ничего страшного. Просто его карьера двинулась бы более извилистым путём.

Но он в любом случае вошёл бы в бизнес на собствен­ных условиях. Что звучало бы наивно, если бы не было так тщательно просчитано. Как и встреча - сугу­бо деловая, разумеется, - с Норманом Хилтоном, который любезно и очень вовремя предложил Лорену 50 тысяч долларов взаймы. И швейная машинка Раль­фа застучала, как пламенный мотор, чтобы в итоге проложить ровную строчку прямо к открытию соб­ственной фирмы под названием PoloFashion. В списке атрибутов американского буржуа поло стоит в первых строчках. Любой нувориш это знает.

Поло было выбрано, потому что ассоциируется со стилем, властью и интригой. Как говорится, добро пожаловать в Лигу плюща. Офис Лорена, жаждущего власти и интриги, - крошечная каморка без окон.

► Лига плюща во плоти. И все одеты от Ральфа Лорена

Зато в самом EmpireStateBuilding. Это практически един­ственный вывих стиля, который позволил себе дизай­нер. Для человека, который сидит над собственной биографией с ластиком в руке, - немного конфуз. Но немного. Он уже встал на путь победителя.

В том же 68-м Синатра записывает главную песню своей жизни - Myway, и первые брюки, блейзеры, пиджаки с логотипом RalphLaurenстроятся под свин- говый выговор золотого Фрэнка: «Я тщательно плани­ровал каждое движение, / Каждый шаг на своём пути. / И, что гораздо важнее, / Я делал это -своему». Ральфу Лорену сейчас уже 74, а он ничуть не теряет пафосного взгляда на себя самого, уверяя, что эта песня написана прямо про него. И слезу непрошеную смахивает.

Любопытно, что в том же году регистрирует свою фирму ещё один посланец главной идеи американско­го образа жизни, бывший сосед Лорена по Бронксу Кельвин Кляйн. И ему тоже является незнакомец с 50 тысячами долларов в приветливо распахнутом карма­не. И его фишка тоже строится на адаптации мужской одежды для женщин - двубортного пиджака, напри­мер. Может, они в детстве наткнулись в закоулках Бронкса на склад шабло­нов великой американ­ской мечты?

«Однофамилец» Раль­фа, Ив Сен-Лоран, силь­но рисковал, когда отдал женщинам смокинг - смокинг ведь не просто мужская одежда, это кастовая одежда, и отдать её на растерзание дамам, даже элегантным, подоб­но вторжению в святили­ще. Ральф Лорен делает следующий шаг - он адап­тирует к женской фигуре рубашку-поло, а ведь это тоже не просто одежда, у неё не менее кастовый характер, и Лига плюща выходит к «ребятам с нашего двора». Именно на манжетах женских рубашек впервые появляется логотип в виде игрока в поло, который теперь ассоции­руют с классическим американским стилем.

Ну и понеслась душа в рай. Всё, о чём Лорен всегда мечтал, но не имел возможности купить, модельер делает сам. Он постоянно что-то доказывает судьбе, которая не дала ему родиться в семье, отпрыски кото­рой играют в поло и носят твидовые пиджаки. Его коллекции - это бумеранги, запущенные с неистовой силою, с голодной яростью, которая прячется под счастливой улыбкой американского идола. Лорен не изобретает велосипеда, его вещи - не его открытия. Всё, что он делает, - хорошо забытое старое. Отлично приготовленное, искусно поданное, правда, немного полежало. Он даже шить-то толком не умеет. Зато он точно знает, как красиво подать и упаковать мечту о больших деньгах. И пока нюх его не притупится, Ральф будет поистине крут.

Его спортивные рубашки выпускались сразу в 24 оттенках. Первым из дизайнеров Ральф Лорен занялся созданием полных коллекций предметов для дома. Женская коллекция RalphLaurenWomen'sWearбыла построена на обаянии маскулинности: «У моей жены хороший вкус и свой собственный стиль. Когда она носила рубашки, свитера и жакеты, купленные в муж­ских магазинах, люди всегда спрашивали, где она это достала. Её вид ассоциировался у меня с молодой Кэтрин Хепбёрн - девушкой-бунтаркой на лошади с развевающимися на ветру волосами. Я создавал рубашки для неё».

Возможно, всё, что Ральф Лорен мог сказать миру, иссякло бы спустя десятилетие. В конце концов, на агрессивное воплощение детских мечтаний уходит не так много времени, за этим обычно следует агония сытости, и проект сдувается. Но в 1974-м происходит событие, которое определило стиль Лорена и превра­тило его из деловитого и расторопного дизай­нера в большого кутю­рье - ParamountStudiosпригласила Ральфа разрабатывать муж­ские костюмы для фильма Джека Клейто­на «Великий Гэтсби». Оригинал и копия наконец встретились.

Гэтсби исправленный

Ху из мистер Гэтсби? Человек с сомнитель­ным бутлегерским про­шлым, который проя­вил хватку и силу воли, чтобы сколотить миллион-другой и теперь может устраи­вать роскошные вечера, щеголяя в фланелевых брюках, дарить жемчуга, слушать джаз, болеть за игроков в гольф и рассеянно созерцать дам в платьях цвета лаванды. Незаурядный, великолепный, уверенный в себе. Но главное - способный добиваться своей мечты.

Ральф Лорен не мог не увидеть себя в Гэтсби, а Гэтсби - в себе. Он расстарался на все сто, одев в экра­низации романа Фицджеральда Роберта Редфорда, как оделся бы сам, будь он реальным Гэтсби - «эффектно, богато и немного загадочно». А его розовый костюм стал центром финальной драмы фильма. Некоторые строки романа так скульптурны, что выглядят описа­нием будущих дефиле Ральфа Лорена: «Его розовый костюм - дурацкое фатовское тряпьё - красочным пят­ном выделялся на белом мраморе ступеней». Розовый цвет - любимый цвет Ральфа Лорена, и его есть за что любить: розовый костюм Гэтсби принёс ему славу, розовое платье Гвинет Пэлтроу открыло для него мир красных дорожек и золотых статуэток.

В сентябре 2000-го, когда мир буквально разрывало от вороньих криков: «Миллениум! Миллениум!», Лорен выпустил новую суперлинию - PinkPony- «Розовый пони». Вся коллекция состояла из простых футболок. Но важна не дизайнерская идея. Важна идеология - доходы от продажи коллекции целиком пошли на поддержку онкобольных, а в кампании по раскрутке участвовали голливудские активистки - Риз Уизерспун, Кристин Дэвис, Дебра Мессинг, Рене Зеллвегер и Сандра Баллок. Успех у футболок был бешеный. Потому розовые пони теперь украшают всё, на что упал взгляд великого Ку: от кашемировых свитеров до бейсбольных кепок.

И пусть «Оскар» за дизайн костюмов «Великого Гэт­сби» в 1975-м получила Тиони Олдридж, которая была художником фильма, но для Лорена это уже было не важно. Роман Фицджеральда начал сбываться в его собственной жизни, правда, стиль героя фатально изменился. Из ужасного розового он стал победно розовым, а драма со смертельным финалом преобра­зилась в торжество с фанфарами. Фицджеральд писал о том, как вдребезги разбивается американская мечта, причем о кастовые перегородки (розовый костюм!), но вот что интересно - пять раз, начиная с 1929 года, «Гэтсби» истязали экранизациями.

И ни один режис­сёр ни разу не перешагнул его декоративность, «вещ­ность», неизменно оставляя реальную драму за кадром. Мы так и будем любоваться костюмными фильмами, потому что через код Фицджеральда кино прорваться не может. Внешнее затмевает всё. И если для автора романа вся эта бижутерия была поводом сказать герою: «На что ты жизнь спустил, парень? На пшик?», то теперь эта оболочка вообще святое. Автор, естественно, сам дал повод, живописуя, как Гэтсби «в замешательстве похлопывал себя по коленям, обтя­нутым брюками цвета жженого сахара».

Читатели послевоенного поколения от таких пассажей столбе­нели - чем-то немужским попахивало от этих подтя­жек, бретелек и принтов.

Роберт Редфорд и Миа Фэрроу в "Великом Гэтсби" 1974 год.

Но именно этого, страдаю­щего дурновкусием, слишком романтичного, «недоде­ланного» Гэтсби Ральф Лорен, обнаружив в себе, умело поправил. Ему было понятно, как превратить нувориша с деньгами в неуязвимую крепость - ведь во времена Лорена «новые» бутлегерские деньги Гэт­сби уже превратились в «старые». Им просто понадо­билась безупречно респектабельная оправа.

После экранизации, с середины 70-х бренд PoloFashionоткрыто позиционирует себя как люксовая марка. Прочувствовав всю мощь американской мечты, в которой сказка и быль слиплись друт с дру­гом, как пельмени в пачке, Ральф становится её махо­вым колесом. Шаг за шагом он «открывает Америку Америке» - например, в 78-м, когда поражает страну коллекцией WesternWear, основанную на романтике Дикого Запада - на кожаных юбках с бахромой, куртках-ранчо, сапогах-казаках, жилетках из овечьей шерсти, широких поясах и ковбойских шляпах. Полу­чив монополию на это непаханое поле, Лорен заста­вил американцев добавить в коктейль американской мечты немного такого ингредиента, как «прошлое», что никогда не считалось обязательным для нации людей, сделавших себя самостоятельно.

Лорен смело, открыто и немного наивно предлагал людям стиль избранных. А избранным хочет быть каждый. И сам Лорен в первую очередь. В 1898 году в Нью-Йорке на углу Мэдисон-авеню и 72-й улицы Манхэттена появляется пятиэтажный дворец в стиле французского ренессанса: окна, статуи, камины. Вла­делица, Гертруда Райнелэндер-Вальдо, светская дама, богачка, аристократка, строила- строила и наконец построила, а жить не стала. Какое-то время в особня­ке жил её сын, шеф полиции Нью-Йорка, но в 1912-м банк лишил его права пользования имуществом, и домик разодрали на части несколько мелких аренда­торов.

B 1984-м Лорен берёт его в аренду, открыв там флагманский магазин PoloRalphLauren- по сути, новый туристический аттракцион Нью-Йорка. Отны­не безродный Гэтсби обрёл гнездо. Не важно, что чужое. Гнездо будет продемонстрировано за умерен­ную плату. Любуйтесь, люди, дубовым полом с отдел­кой из красного дерева из Гондураса, сводчатыми потолками, люстрами от ирландской фирмы Waterford, антикварными витринами Картье, панеля­ми из зелёного стекла ар-деко, на которых выгравиро­ваны фигурки игроков в поло. На коврах, как это и принято в хороших домах, висят портреты. «Вот это, - говорит Ральф, указывая на портрет с лицом англосакса преклонных лет, - дедушка Лившиц».

«Галстук стал предметом мужского самовы­ражения. Я верил, что люди уже были гото­вы к чему-то новому и необычному. Они не хотели выглядеть работниками IBM. Краси­вый галстук стал отражением вкуса, каче­ства, стиля».

«Когда у нас было двое сыновей, моя жена, вернувшись домой из магазина, сказала, что не нашла детских рубашек из чистого хлопка. Вся одежда была из полиэстера недостаточно вы­сокого качества. Тогда я начал делать одежду для детей. Всё, что я делаю, является отраже­нием моей жизни. Я привязан к своей семье». «Реклама - это как кино. Она волнующая, многомерная. И если бы я мог заставить мо­дели говорить, я бы сделал это».

«Часы многогранны: они показывают время, выражают стиль, они остаются с тобой в тече­ние жизни, их можно передать по наследству». «Я не человек моды. Я - анти-fashion. Я не хочу быть частью этого мира, он слишком быстротечен. Я никогда не находился под его влиянием. Я заинтересован в долголетии, безвременности, стиле, но не в моде».

Никаких портретов дедушки Лившица, да ещё и написанных в викторианской манере у Лорена быть не могло. Но почему самый продаваемый модельер в мире, в чьей жизни случилось всё: семья, дети, успешная карьера, слава, излечение от опухоли мозга - продолжает думать, что ему чего-то не хвата­ет, и заполняет мнимые пустоты деталями чужих биографий?

Да потому что в любом герое американской мечты есть изъян - он не имеет представления о своих кор­нях. А это мощная дыра в образе человека Polo- не потёртость на джинсах, а уродливая прореха, из-за которой к человеку нельзя относиться серьёзно - по крайней мере, с точки зрения грамотно выстроенного сюжета. А Лорен в сюжетах понимает. И иногда все- таки ощущает себя жертвой американской мечты. У него есть корни - фамилия дедушки свидетельству­ет, что он потомок раввина, так зачем подменять родословную?

А затем, что он - Гэтсби. Человек, обладающий талантом, обаянием, умением себя подать и вкусом к жизни. Но этот человек всю жизнь готов гоняться за пшиком. Гэтсби, каким его написал Фицджеральд, из-за этого пшика погорел. Гэтсби, каким его увидел Лорен, видит в нём свою движущую силу, барьер, который нужно брать раз за разом. Роскошная жизнь высшего света - это его Дейзи, его мечта, «головокру­жительно желанная», идея фикс, ежегодно выражае­мая через вороха тряпок.

Прошлое, как со временем понял Лорен, не утаить. Но можно затмить блеском настоящего. Ральф- великолепный - примерный семьянин, деликатный руководитель, скромный домосед, щедрый благотво­ритель, в общем, столп и элита. Но при этом всегда находятся плохие люди, готовые распотрошить леген­ду. Они шипят, что Лорен на самом деле - тиран, каких поискать, да ещё истеричный, непредсказуе­мый. После излечения от опухоли мозга несколько лет утешался в объятьях белокурой модели. То есть парень - фальшивка чистой воды, не верьте ему, люди!

Но жизнь сложней мифов и разоблачений. Понятно, что Лорен не придумал ничего нового - ни одной детали кроя, ни одного фасона. Он - дизайнер образа жизни. Ценности его самые простые и базовые - как и во всей Америке. Жена возвращается из рейда по магазинам и жалуется, что невозможно купить рубашки для мальчиков из чистого хлопка - везде гнусная синтетика. Лорен запускает линию детской одежды для мальчиков.

Когда появляется дочка, соз­даётся коллекция для девочек. Это чтобы жене не мыкаться по магазинам. Когда дочка подросла, папа сказал ей: «Сходи в мой магазин, выбери себе пару свитеров из кашемира». Та отказалась: «Не могу, - говорит, - папочка. Слишком дорого». На минуту отец семейства почувствовал себя жертвой собствен­ного стиля. Как так? Ребёнку не нужна вещь, способ­ная продемонстрировать luxuryкласс? Нет, не нужна. Она ведь уже не Гэтсби, она его дочь. Зачем ей демон­страция?

Ведь по сути вещь в «духе Гэтсби» от Ральфа Лорена - часть карнавала, на котором каждый наря­жается, чтобы передохнуть от себя. Один Лорен, похо­же, никогда не отдыхает. Свою цель он видит всегда, как ослик морковку, - быть на полшага впереди всех. Девиз компании «Всегда в ногу со временем» - в этом смысле обман. Легенде моды, перешагнувшей семиде­сятилетие, приходится бежать впереди паровоза.

В 2003-м на сайте www.ralphlauren.com в разделе CreateYourOwnпоявилась услуга, позволяющая кли­ентам самостоятельно создавать дизайн рубашки- поло. Спорт задействовал Лорена по полной: унифор­ма для Уимблдонского турнира и для сборной США на Олимпиаде в Пекине - его работа. За годы его расцве­та многое изменилось. Бронкс превратился в един­ственный район с преобладанием латиноамерикан­ского населения, кузницу хип-хопа и уличной пре­ступности.

Без вечерних платьев от Лорена не обхо­дится ни одна красная дорожка, и он с азартом штам­пует «красавиц, больше похожих на орхидеи, чем на женщин». Товары для дома, духи, одежда для собак - логотип «Ральф Лорен» готов покрыть весь земной шар. Инновация следует за инновацией - его бренд первым среди люксовых марок стал продавать товары через Интернет, в его рекламных кампаниях впервые была представлена функция QuickResponse (QR-коды), а магазин на Мэдисон-авеню имеет перед входом сенсорный экран, через который можно совер­шать покупки в любое время суток.

Вот если бы герой романа Фицджеральда выжил, он, может быть, стал бы таким, перманентно бегущим впереди паровоза джентльменом, вечно рвущимся быть самым первым и самым лучшим. Но о таких романы не пишут, только учебники. ©

НАТАЛЬЯ ВИШНЯКОВА

2021  ToBeStarNews.ru